Мощи Черниговских чудотворцев

Опубликовано декабря 23, 2016 в Соборы в кремле

Мощи Черниговских чудотворцев

У второго южного столпа почивают мощи Черниговских чудотворцев, князя Михаила Всеволодовича и боярина его Федора, приявших мученическую смерть в Орде за ревность к православной вере и изрубленных в куски 20 сентября 1246 года.

Мощи их были сначала привезены во Владимир, потом в Чернигов, где и почивали около 330 лет. Наконец, по желанию царя Иоанна IV перенесены в Москву при митрополите Антонии в 1572 году и 14 февраля положены в храме, во имя их построенном в Кремле, у Тайницких ворот, откуда на время перестройки этой церкви в 1681 году были помещены в Архангельском соборе, а в 1683 возвращены на прежнее место.

Но когда приказы, строения и собор, находившиеся по гребню кремлевской горы были сломаны, то мощи угодников 25 августа 1770 года были перенесены в Сретенский, а оттуда 21 ноября 1774 года в Архангельский собор. С того времени мощи и находятся тут неподвижно, под спудом. По повелению императрицы Екатерины II тогда же сделана была для мощей мастером Петром Робертом богатая, чеканная из серебра, рака, которая в 1812 году похищена и заменена бронзовою, высеребренною, с образами превосходной работы как на самой раке, так и над нею, на столпе. (Память их празднуется 20 сентября.

В Предтеченской церкви стоит гроб юного героя Михаила Скопина-Шуйского. На сцену деятельности он явился в самое тяжелое для России время и сразу же сделался любимцем войска и народа. От Скопина ожидали многого, но зависть, по замечанию современников, не замедлила подкопаться под него. Он умер неожиданно. Народ с ужасом узнал о его кончине и приписывал ее отраве, подозревая даже в том самого царя. Грустную кончину Скопина народ увековечил песней «У нас было в каменной Москве», где рассказывается, как на пиру у князя Воротынского дочь Малюты Скуратова поднесла Скопину «стакан зелья лютого». В этой песне перед смертью Скопин говорит «своей матушке»:

Ох ты гой еси. матушка моя родимая.

Сколько я по пирам не езжал,

А таков еще пьян не бывал:

Съела меня кума крестовая.

Дочь Малюты Скуратова!

Об этом тяжелом времени псковский летописец говорит, что в Архангельском соборе слышны были «шум и гласи и плач», предвещавшие разорение царства Московского.

Яндекс.Метрика