Рождественский монастырь

Опубликовано декабря 2, 2014 в Монастыри в Белом Городе

Рождественский монастырь

Рождественский монастырь. Монастырь находится близ Сретенских ворот, на полугоре, под которою протекала некогда речка Неглинная. Он основан около 1386 года супругою князя Андрея Серпуховского, сына Калиты, княгинею Марьею Кейстутовною, матерью знаменитого князя Владимира Андреевича, который быстрым ударом из засады в дубраве решил в пользу русских участь колебавшейся было битвы 8 сентября 1380 года. В древности монастырь назывался Богородицким на Трубе, или «у Трубы».

Через девять лет после Куликовской битвы, 2 декабря 1389 года, княгиня Мария, в инокинях Марфа, преставилась и погребена была в монастыре. Невестка ее княгиня Елена, в иночестве Евпраксия, дочь Ольгерда Литовского, завещала в 1452 году похоронить себя здесь же и подарила монастырю вотчины свои и в том числе известное село Косино, находящееся в 15 верстах от Москвы. К сожалению, могилы этих княгинь неизвестны. Затем здесь была погребена в 1471 году княгиня-инокиня Марфа Ростовская.

Долго после этого не встречается известий о монастыре. Но в 1523 году в нем совершается тяжелая древнерусская драма, которою монастырь делается особенно известным.

Драма эта — бракоразводное дело великого князя Василия Иоанновича, отца Иоанна Васильевича Грозного.

Рождественский монастырь или как началось это дело

В 1523 году Василий Иоаннович поехал «в объезд». Ехал он на «колеснице позлащенной»; с ним были «оружницы, яко же подобает царям». Взглянул Василий на небо и увидел на дереве птичье гнездо. Бездетный великий князь заплакал:

—    Люте мне! Кому уподоблюся? Аз не уподобихся ни птицам небесным, яко птицы небеснии плодовити суть; ни зверем земным, яко звери земнии плодовити суть; ни водам, яко плодовити суть: волны бо их утешающе, и рыбы их глумящеся.

В таком печальном размышлении великий князь опустил глаза долу, но и на земле увидел он ту же жизнь, то же плодородие.

—    Господи! — зарыдал он.— Не уподобихся аз ни земли сей, яко земля приносит плоды своя на всяко время, и Тя благословят, Господи.
Тою же осенью Василий Иоаннович с «объезда» возвратился в Москву и начал думать со своими боярами «о своей великой княгине, что неплодна бысть». С теми же горькими слезами он жаловался боярам:

—    Кому по мне царсгвовати на русской земли, и во всех городех моих и в пределех? Братии ли дам? Ино братья своих уделов не умеют устраивати.

—    Государь! — отвечали бояре.— Неплодную смоковницу по-секают и измещут из винограда.

Участь несчастной великой княгини Соломонии была принесена в жертву благу государственному. Добродетельная Соломония после двадцатилетнего супружества была отвергнута. Придворные угодники и даже митрополит Даниил поддерживали политическую необходимость развода. Но нашлись и духовные, и миряне, смело указывавшие государю, что замысел его противен совести и Церкви. Особенно резко восстал инок Вассиан, сын князя литовского Патрикеева, сам некогда знатнейший боярин, насильственно постриженный в иноки за усердие к князю Димитрию, сопернику Василия по престолонаследию.

Вассиан, несмотря на опалу, жил в Симоновом монастыре зажитно: «Не изволи брашна Симоновского ясти; яде приносимое ему от трапезы великого князя — хлебы пшеничны, крупитчаты, брашно заслажаемая и многопестротне застрояемая; пияше романию, бастр, мушкатель, ренское белое вино». А у прочих иноков в то время в монастырях брашно было «хлеб овеян не веян, или квасы ржаные толчены, и таковые хлебы сухи, без соли, питие же вода, и варение имеющих — капустное листвие; преимеющие же в них, аще зелие, имеют свеклу и репу; овощи же их—рябина и калина. О одежде же что и глаголати?—искропаны».

К этому-то так ублаженному своему противнику, симоновскому старцу и обратился Василий за советом, называя непокорного инока «умягчением души своей», «веселием беседы», «наставником любви»; но непреклонный Вассиан все-таки объявил второй брак Василия прелюбодеянием. Раздраженный великий князь повелел дьяку Трифону Ильину отвести дерзкого старца в Чудов монастырь, где дьяки Андрей Гостев и Семен Плешивый были его стражами.

Тогда, уверяют, будто бы Василий обратился к греческим патриархам за благословением на развод. Патриархи тоже не согласились, а иерусалимский, именем Марко, в духе пророческом даже отвечал:

—    Если женишься вторично, то будешь иметь злое чадо: царство твое наполнится ужаса и печали, кровь польется рекою, падут главы вельмож, грады запылают.

—    Мы обойдемся и без их благословения!—воскликнул на это митрополит московский Даниил.

Чтобы обойти закон и обмануть совесть, предложили Соломонии добровольно отказаться от мира; та заупрямилась. Тогда решили прибегнуть к насилию. Несчастную вывели из дворца и постригли в Рождественском монастыре. Обряд принятия ангельского чина сопровождался резкими приемами. Наши летописи ограничиваются кратким указанием: «А постриг ее на Москве у Рождества Пречистые за пушечными избами 1 в дсвиче монастыре Никольской игумен Старого Давид», прибавляя, что потом великий князь послал свою великую княгиню «в Суздаль к Покрову в девичь монастырь». Но современный путешественник по России Герберштейн рассказывает, что Соломония с негодованием противилась пострижению.

—    Смеешь ли ты противиться воле государя? — крикнул тогда на нее дворецкий Иван Юрьевич Шигона и ударил ее.

—    А ты как смеешь поднять на меня руку? — спросила несчастная великая княгиня.

—    Именем великого князя! — отвечал Шигона.

Тогда Соломония залилась слезами и, надевая иноческую ризу, торжественно произнесла:

—    Бог видит и отмстит моему гонителю!

Вероятно, после совесть не оставляла в покое Василия. Есть грамота, которою он жалует селом Вышнеславским «с деревнями и с починки старицу Софью в Суздале». Эта старица Софья была несчастная Соломония, скончавшаяся 18 декабря 1542 года, иночествовав 17 лет и 15 дней, и погребена в Покровском девичьем монастыре.

Тот же Герберштейн сообщает, будто бы носился слух, что Соломония оказалась потом беременною, к ужасу и раскаянию разведшегося с нею мужа; родила сына по имени Георгий, тайно от всех воспитывала его, с затаенною местью говоря:

— В свое время явится он в могуществе и славе.

Народные предания много говорят об этом сыне Соломонии, но, ежели он действительно существовал, судьба его все-таки неизвестна. Из этого же сына Соломонии покойный историк Н. Костомаров создал своего «Кудеяра» — разбойника, приведшего будто бы крымского хана на Москву при Иоанне Грозном. Имя разбойника Кудеяра особенно популярно в Обоянском уезде Курской губернии: там показывают Кудеяровы кручи, курганы, трущобы, камни и т. п. По другим преданиям, Георгий-Кудеяр неоднократно будто бы спасал жизнь своего брата Иоанна Грозного.

Василий Иоаннович, как известно, женился на Елене, дочери Василия Львовича Глинского.

Через три года и несколько месяцев у Елены родился сын Иван. Ростовская летопись повествует, что в минуту' его рождения, 25 августа 1530 года, в 7 часов вечера, воздух был потрясен неслыханными ударами грома, следовавшими один за другим при ослепительной непрерывной молнии. В память рождения сына великий князь выстроил в следующем году церковь Усекновения главы Иоанна Предтечи на Старом Ваганькове, давно уже не существующую.

В настоящее время в монастыре церкви Рождества Пресвятой Богородицы, Священномученика Евгения Херсонского и Святителя Иоанна Златоуста; приделы Сошествия Св. Духа, Николая чудотворца, Св. Димитрия Ростовского и Св. Филарета Милостивого.

Придел во имя св. Николая чудотворца, находящийся при соборной церкви Рождества Богородицы, сооружен в царствование Иоанна Васильевича IV по тому случаю, что близ монастыря, на пути к Троице Сергия, Анастасия почувствовала во чреве первое движение младенца (Феодора Иоанновича). Теплая же церковь во имя св. Иоанна Златоуста построена в царствование Феодора Алексеевича, 30 декабря 1687 года, на память святой мученицы Анисии. А строительницей ее была, вместе с каменной стеною, жена боярина князя Ивана Ивановича Лобанова-Ростовского княгиня Фотиния Ивановна на иждивение родственника ее князя Александра Ивановича Лобанова-Ростовского. В 1835 году монастырская колокольня была разбита громовым ударом, и потому на месте ее сооружена новая. В два больших московских пожара, бывших 17 августа 1501-го и в июне 1547 года, Рождественский монастырь горел, после чего был возобновляем.
В монастыре чудотворные иконы Божией Матери Смоленской, Рождества Пресвятой Богородицы и Св. Иоанна Златоуста.

Новая модель фотокамер Sony

Яндекс.Метрика