Семейственные судилища

Опубликовано июня 6, 2014 в Красная площадь

Семейственные судилища

В бедственное время вступления на престол Самозванца буйные мятежники бесчинствовали здесь над святынями. Здесь же подстрекаемая Захаром Ляпуновым чернь изрекла приговор несчастному царю Василью Ивановичу Шуйскому, который перед тем на этой же площади чуть не был казнен по приговору Самозванца, и тут же труп этого Самозванца лежал три дня, и народ глумился над ним, как хотел.

На Красной площади при царе Алексее Михайловиче происходили «семейственные судилища». Сам царь силою верховной власти своей поддерживал их. Судилища эти были таковы: если какой-либо гражданин преступал свои обязанности, то его сначала усовещивали в кругу родных. Если увещания не действовали, тогда старцы призывали его на площадь, где пред лицом всего народа уличали его в дурном поведении, снова образумливали и давали ему известный срок на исправление, а если и эта мера оказывалась недействительною, тогда снова на площадь являлись старцы судьи и окончательно уличали и обвиняли преступника перед законом. В таком случае виновный лишался уже права на оправдание и милосердие.

На этой же площади при вступлении на престол Петра Великого неистовствовали стрельцы: поставили столб с надписью на нем имен всех убитых ими бояр и провозгласили Хованского отцом своим 1. Но не прошло и нескольких месяцев, как на той же площади были собраны те же раскаявшиеся стрельцы. Они шли с поникшими головами. Каждый отряд нес плахи и топоры на свои головы; они признавали свою вину перед царем, но не смели просить о пощаде и помиловании. Покорно и безнадежно шли преступники. Но при виде такого искреннего раскаяния великий царь вместо казни изрек для многих прощение, а других разослал на крепостные работы.

Происходило немало и других событий на Красной площади, но можно ли исчислить их! И в радости, и в бедствии жители московские стекались сюда послушать новостей и узнать, что положено на Думе царской. Имеет значение Красная площадь и в настоящее время, но уже совершенно в другом роде: она для нас — безмолвная история Москвы, нередко грустная, нередко радостная.

Обратимся теперь к другой стороне площади — к стороне обыденной, торговой.

Уличные танцы

Яндекс.Метрика