Зарождение лубочных картинок

Опубликовано ноября 9, 2015 в Приходские церкви в Земляном городе

Зарождение лубочных картинок

Здесь совершенно уместно рассказать вкратце, как зародились у нас лубочные картинки.

Начало им положено в Москве и, вероятнее всего, вместе с открытием первой типографии при Иоанне Грозном. Собственное название лубочных произошло, надо полагать, оттого, что в древности писывали и на лубе, по редкости и дороговизне пергамента, а также вырезывали выпукло на липовых лубках разные картинки из священной и отечественной истории. Самое латинское название книги, liber, значит, собственно, луб дерева, на коем в древности писывали так же, как в России некогда на бересте. Притом же народные лубочные картинки развешивались для продажи на лубках и в лубках же разносились ходебщиками по городам и деревням. Все это дало повод к наименованию лубочными народных картин и резанных на дереве и на металлах, так что и другие эстампы грубой и плохой работы принято называть лубочными.

Эти картинки носят еще название суздальских, потому что суздальцы первые превратили эти картинки в особого рода промышленность и даже выработали для них своеобразный стиль. В Сибири лубочные картинки называются панками, а в Тверской губернии—богатырями, несомненно, потому, что картинки, большею частию, представляют лица знаменитых и сановных людей (панов) и богатырей. Лубочные картинки вырезались на доске выпукло, долотцем, и печатались накатом; затем их стали резать на латунной меди. Замечательно, что эта работа по большей части производилась кастой художников-самоучек между крестьянами. Множество рук в Москве и подмосковных деревнях занято было раскрашиванием, или, лучше сказать, испещрением лубочных картинок. Не отступая от образцов, утвержденных вековою давностью, они красили коней зеленою краскою, деревья — красною сандальною, наряды—суриком, здания—-синим сандалом, подходящим к фиолетовому цвету, и т. п.

Красоты рая и ужасы ада ярко расцвечивались четырьмя первоначальными красками. Картинки эти нравились не только простому народу, но ими не брезгали и обладатели хором. Имена сочинителей лубочных картин были неизвестны, за исключением одного Балакирева, которому предание приписывает некоторые из современных ему картинок сатирического содержания. Как в стихиях народности есть своя хорошая и дурная сторона, говорит Снегирев, так и в лубочной письменности русского народа встречается суеверие, невежество, грубость с нелепыми, пошлыми выходками и нескромными намеками; но также проявляется прямо оригинальное, характеристическое и назидательное в изображениях и в заветных думах, сильное и резкое в мыслях и чувствах, забавное и замысловатое в шутках и насмешках, запечатленных русским самородным умом и догадкою.

Содержание лубочных картинок было самое разнообразное: в содержание картинок входило и религиозное, и баснословное; изображались богатыри, философы, олицетворялись пословицы, поговорки, присказки; осмеивались пьянство, лицемерие, гордость; порицалась карточная игра. Словом, ничто не было упущено из виду. Пользуясь свободою тиснения в Москве, эта отрасль промышленности выпускала иногда такие картинки, кои содержанием своим явно противоречили доброй нравственности или распространяли нелепое суеверие; но народ сам отворачивался от подобных картинок.

Русские лубочные картинки всегда обращали на себя внимание, и их охотно собирают иностранцы. Одна из первых известных в Москве фабрик для печатания лубочных картинок была у купцов Ахметьевых. Фабрика эта существовала около ста лет и находилась у Спаса в Спасской, переходя от одного хозяина к другому. Там работали на 20 станах, и подлинники, или истинники, буквально переносились резчиками с одной доски на другую и отличались верностию копировки. Когда же вступила в управление этою фабрикою Татьяна Ахметьева, то истинники начали раздавать по деревням и там уже правильная резьба на дереве обратилась в кустарное грубое ремесло: резчики начали своевольно отступать от истинников и вместо русского народного платья появились на «персонах» наряды немецкие.

Фабрика прекратила свое существование в начале нынешнего столетия: но зато появилось несколько других мастерских лубочных картин. Во время пожара 1812 года погибло много народных истинников, драгоценных по изобретению и по тексту. И теперь уже не встретишься со старинными — ни с «Ершом», ни с «Вовою», ни с «Аникою», ни с «Мышами, погребающими кота» или с «Веселою масленицею». Старые лубочные картинки теперь большая редкость, и если они попадаются, то их продают очень дорого.

Яндекс.Метрика