«Живые» мосты на Москве-реке

Опубликовано сентября 22, 2015 в Каменный мост на Москве-реке

«Живые» мосты на Москве-реке

До построения Каменного моста на Москве-реке были мосты так называемые «живые», деревянные, которые разбирались или разметывались перед весенним разливом вод, а иногда и в осеннее половодье.

Таковы издавна были:

Москворецкий, Крымский, Дорогомиловский и Яузский. Самая местность представляла удобство и необходимость к построению неподвижного моста на Москве-реке для непрерывных сношений одной части города с другою.

Прежде здесь был постоянный перевоз. Когда же с умножением населенности в Замоскворечье, где были Стрелецкие слободы, открылась необходимость в соединении города с их главным пригородом,—тогда стали помышлять о сооружении каменного моста. Для этой цели в 1643 году был вызван в Москву из Страсбурга палатный мастер Анце Кристлер с дядею своим Иваном Кристлером, который привез с собою для производства разные медные и железные снасти, печи и инструменты. По приказанию царя Михаила Фсодоровича Кристлером представлен был сначала деревянный «мостовой образец» (модель) с чертежом, «по которому быти сделану каменному мосту через Москву-реку». Образец этот делали под его руководством дворцовые плотники.

В перечне, т. е. смете, Кристлер показал, сколько надобно на это большое государево дело камня, кирпича, извести, железа и всяких каменных, железных и деревянных запасов. Между прочим, для начальных пяти больших сводов требовался крепкий белый камень, зола и хорошо обожженный кирпич. По рассмотрении модели и сметы в Посольском приказе, думный дьяк Григорий Львов и Степан Кудрявцев спрашивали Кристлера: «Можно ли будет тому его мосту устоять от льду толщиною в два аршина?» Он отвечал, что у него «будут сделаны шесть быков каменных острых, а на те быки учнет лед, проходя, рушиться, а тот рушенный лед учнет проходить под мост между сводов мостовых, а своды будут пространны, порожжего места будет по 40 аршин, а меж порожжих мест у столпов будут же сделаны отлоги острые; и от льду мосту порухи никакой не будет, укрепити его мочно. Своды у того моста будут 40 аршин».

На вопрос же:

«Можно ли будет по тому мосту возить большой пушечный снаряд и от большой тяжести устоят ли своды?»

Кристлер отвечал:

«Своды будут сделаны толсты и тверды и от большие тягости никакой порухи не будет».

Подобные вопросы обнаруживали сомнение в возможности построить каменный мост через Москву-реку, который выдержал бы напор льда и выносил бы большие тяжести, и становится понятным, что возведение моста считалось почти чудом. С преждевременною смертью царя Михаила Феодоровича и Кристлера в 1645 году строение Каменного моста остановилось, и неизвестно, продолжалось ли оно в царствование Алексея Михайловича и Феодора Алексеевича; но уже окончилось тогда, когда любитель зодчества, любимец царевны Софии, князь Василий Васильевич Голицын украшал Москву многими зданиями. Строение моста возобновилось в 1682 году и довершено в 1687-м по мостовом) образцу Кристлера, как свидетельствуют о том Желябужский и Голиков.

Зодчим был какой-то монах, которого имя, к сожалению, неизвестно. Вбивши дубовые сваи в русло реки и настлав их брусьями, он выводил на них каменное здание. Это сооружение по тому времени казалось столь важным, что даже вошло в народную поговорку о чем-либо чрезвычайно дорогом:

«Дороже Каменного моста».

Яндекс.Метрика